Маленькая Россия
на Севере Армении
Текст: Марк Григорян.
Невиданная Армения, PDF ct. 46-49
Главный редактор: Рубен Мангасарян
 "Little Russia"
in the North of Armenia
By Mark Grigoryan
Armenia Undiscovered, PDF pages 12-14
Chief Editor, Ruben Mangasaryan
 La Petite Russie
du Nord de l’Arménie
article: Marc Grigorian
Extraordinaire Arménie, PDF pages 82-85
Rédacteur en chef Rouben Mangassarian


Странное чувство… Всего два часа пути от Еревана, и оказываешься в совершенно ином мире: березовая рощица, русские избы, возле которых бегают смешливые дети с золотистыми волосами, слышна русская речь. Понимаешь, что ты в Армении. И горы, вроде, армянские, типичные для северной части страны. Но посмотришь на людей, на деревню – настоящая российская глубинка.
 It feels eerie… A two-hour ride takes you from Yerevan to a completely different world, with smiley blond kids playing amongst sycamore trees and Russian-style houses. Surely you are still in Armenia, amidst a mountain landscape typical for the Armenian North. And yet if you just look at the people and the houses, it feels like a Russian village. Un sentiment étrange… A seulement deux heures de route d’Erévan, on se retrouve dans un monde complètement différent: des platanes, des maisons construites dans le style russe, autour desquelles courent des enfants rieurs aux cheveux dorés. On réalise qu’on est en Arménie, que les montagnes, caractéristiques du Nord du pays, sont arméniennes. Mais en regardant les gens, le village, on constate que c’est une véritable périphérie russe.
Это Фиолетово, деревня, населенная молоканами, этническими русскими, которые были переселены на Кавказ в первой половине XIX века. The village is called Fioletovo and the people living there are called Molokans. They are ethnic Russians, resettled in the Caucasus in the early 19th century. Il s’agit du village de Fioletovo, peuplé par les Molokans, ethniquement, des Russes, qui ont migré au Caucase au cours de la première moitié du XIXème siècle.

Фиолетово находится в 20 километрах от Ванадзора (бывший Кировакан), третьего по величине города Армении. Это – всего в двух часах пути от Еревана, столицы страны. И больше в Армении нет ни одной деревни, населенной только молоканами. А ведь в начале XX века в Армении было более 30 молоканских деревень, от которых сейчас остались лишь названия.
 Fioletovo is situated 20 kilometers [12.4 miles] from Armenia's third largest city of Vanadzor [Lermontovo] (farther out is Kirovakan). This is the only village in Armenia where only Molokans live now. But in the early 20th century Armenia had more than 30 such villages. Only names now remain from those villages. Fioletovo se situe à 20 km de Vanadzor [Lermontovo], troisième ville d’Arménie. C’est un village exceptionnel - en Arménie, il n’en existe pas d’autre qui soit peuplé de manière aussi homogène par les Molokans. Cependant, au début du XXème siècle, on comptait en Arménie plus de 30 villages molokans, dont seuls les noms ont survécu jusqu'à nous.
Согласно данным Ивана Яковлевича Семенова, президента Фонда помощи и содействия российским соотечественникам Республики Армения, в стране осталось всего около пяти тысяч молокан, причем больше тысячи из них живут в Фиолетово. В конце восьмидесятых годов прошлого века молокан в Армении было около пятидесяти тысяч.
 According to Ivan Yakovlevich Semyonov, the chairman of the "Fund of Assistance and Cooperation with Russia's Compatriots in Armenia", about 5000 Molokans now remain in the country, of whom more than a thousand live in Fioletovo. And in the late 1980s there were about 50,000 Molokans in Armenia. [The History of Caucasian Molokans and Doukhobors, August 1, 2001]
 Selon Ivan Yakovlevitch Semionov, président de la « Fondation pour l’assistance et la coopération des compatriotes russes en République d'Arménie », il ne reste environ que 5000 Molokans dans le pays, dont plus d'un millier qui habitent Fioletovo.Alors qu’à la fin du siècle dernier, on compait 50.000 Molokans en Arménie.
Молокане живут в Армении уже 170 лет, не смешиваясь с местным населением и не теряя своего языка. Им удалось в новых условиях построить свою маленькую Россию и жить в ней обособленно, но не одиноко. Molokans have lived in Armenia for 170 years  without mixing with the local population and without losing their language. In new conditions they managed to build their little Russia and adapt to living there, without feeling isolated. Les Molokans vivent en Arménie depuis 170 ans, sans se mélanger aux habitants locaux et en conservant leur langue. Ils ont réussi, dans de nouvelles conditions, à construire leur «petite Russie», à y vivre en s’adaptant et à ne pas se sentir isolés.
А условия не были благоприятными – молоканам пришлось селиться в высокогорных деревнях, часть которых находится на высоте свыше 2.000 метров над уровнем моря, в местах с тяжелым климатом, неблагоприятных для сельского хозяйства. Но молокане выдержали это испытание, и огромную роль в этом сыграла религия.
 But conditions were not auspicious. Molokans had to settle in upland villages some of which were located at a height of 2,000 meters [6,562 feet, 1.2 miles] above sea-level, in hard climatic conditions unfavorable for agriculture. But Molokans overcame this trial and faith played a big part in that. Pourtant, les conditions n’ont pas été favorables : les Molokans étaient obligés de s’installer dans les villages montagneux, dont certains se trouvent à 2000 m d’altitude, avec un climat rigoureux, néfaste pour l’agriculture. Mais les Molokans ont surmonté cet obstacle grâce à l’important rôle de leur religion.



История и вера History and belief Histoire et religion
История молокан хорошо изучена и успела обрасти легендами. Само название "молокане" трактуется по-разному. Иван Семенов, рассказывает, что название пошло от того, что молокане не придерживались постов, принятых православной церковью, ели в постные дне скоромное, главным образом, молочные продукты.
 The history of Molokan has many times become a subject of studies and even has been shrouded in myths. Ivan Semyonov says that the name "Molokans" is interpreted in different ways. He says that the name derives from the fact that Molokans did not keep the Lents [fasts] accepted by the Orthodox Church and ate more modest food on lent [fast] days, mainly dairy products.
 L’histoire des Molokans a fait l’objet de plusieurs études, et est même auréolée de plusieurs légendes. Ivan Semionov dit que le nom « molokan » a plusieurs interprétations. Il dit que ce nom provient du fait que les Molokans ne respectaient pas les carêmes orthodoxes, au cours desquels ils mangeaient plus modestement, en utilisant surtout les produits laitiers.
По другой версии источником названия является река Молочная, находящаяся в Мелитопольском уезде Таврической губернии, где молокане прожили в ссылке несколько десятков лет, до того, как их выселили на Кавказ. By another version, the basis of the name was the river Molochnaya, which is in the Melitopol area of the Tavircheskaya province where Molokans lived in exile for a few decades before they were exiled to the Caucasus. [See map of Molochnaya Doukhobor Settlement by Jonathan J. Kalmakoff, with 3 Molokan villages.]
Selon une autre version, ce nom provient de la rivière Molotchnaya, qui se trouvait dans la province de Tavritcheskaya de la région de Melitopolskaya, où les Molokans vivaient en exil depuis plusieurs décennies avant leur expulsion vers le Caucase.
Александр Тикунов, молоканин из курортного поселка Цахкадзор (бывшая молоканская деревня Константиновка), толкует название «молокане», исходя их Библии, где в Первом Соборном Послании святого апостола Петра, сказано: «…как новорожденные младенцы, возлюбите чистое словесное молоко». Тикунов говорит: «Слово Священного Писания, в зависимости от духовного уровня человека, производит различное действие. Когда человек в духовном понятии мал, то слово Божие ему как молоко. Духовное молоко. Отсюда и наше название – молокане». Alexander Tikunov, a Molokan from the resort town of Tsaghkadzor (by the way, the former Molokan village of Konstantinovka [Darachichak]), interprets the name "Molokan" basing on the Bible where it is said in the first epistle of Apostle Peter: "…as new-born babes, earnestly desire the unadulterated milk of the word…" Tikunov argues: "The word of the Holy Bible, independently of the degree of man's spiritual development, has various influences. When a person is a child in spiritual terms, then God's word is like milk for him. Spiritual milk. And hence our name — Molokans."
 Alexandre Tikounov, d’ailleurs originaire d’un ex village molokan, Constantinovka, et habitant de Tzaghkadzor, station de ski et lieu de villiégiature, explique l’étymologie du nom « molokan » en se basant sur la Bible où il est dit, dans le premier message de l’Apôtre Pierre : «comme des enfants nouveaux-nés ont soif du lait qui les nourrit, soyez avides du lait pur de la Parole de Dieu ». Tikounov insiste : « la parole de la Bible, indépendamment du développement spirituel de la personne, a des influences diverses. Quand la personne est un enfant, au niveau spirituel, pour elle, la parole de Dieu est comme du lait, du lait spirituel. C’est de là que provient notre nom – molokan. »
Молокане считают, что каждый верующий должен удовлетворять свои духовные потребности, усовершенствовать свое поведение и свои чувства. Важное место в их веровании занимает теория о переселении души Иисуса Христа от Отца к Сыну. Молокане отвергают поклонение изображениям – иконам, кресту.
 Molokans consider that every believer must satisfy his or her spiritual needs, improve his or her behavior and feelings. Jesus Christ's spiritual transference from Father to Sun has an important place in their faith. Molokans reject image worship — the worship of icons and the cross. Les Molokans croient que chaque croyant doit répondre à ses exigences spirituelles, perfectionner son comportement et ses sentiments. Dans leur croyance, le passage de l’âme de Jésus Christ, du Père au Fils, occupe une place importante. Les Molokans refusent l’adoration des icônes et le culte de la Croix.
«Мы считаемся духовными христианами, – говорит Тикунов, – мы толкуем Библию аллегорически, иначе говоря, воспринимаем ее духовно». "We're considered to be spiritual Christians," Tikunov says. "We have a parabolic interpretation of the Bible, in other words, we perceive it spiritually." « Nous sommes considérés comme des chrétiens épris de spiritualité...», dit Tikounov. « Nous interprétons la Bible différement, autrement dit, nous la percevons spirituellement ».
Английский путешественник, член Географического общества Х.Ф.Б. Линч, побывавший в Армении в конце 19 века, передает философию молокан так: «Бог обитает в живых объектах своей любви… Я говорил с одним стариком, пленившим меня своим симпатичным голосом и манерами, о религиозных верованиях молокан. Они почитают Моисея и пророков и Св. Евангелие, но исповедуют свою религию посвоему. Пение псалмов, по-видимому, служит главным внешним выражением их религиозных чувств. Детей не крестят, но приносят их в молельню, читают главу из Евангелия в присутствии ребенка и публично объявляют его имя. Подобной же церемонией освящается брачный союз». A British traveler, member of the Geographic Society Henry Finnis Blosse Lynch, who was in Armenia in the 19th century, explains the philosophy of the Molokans as follows: "God lives in living objects of his love… I spoke to one elderly man with a beautiful voice and grace about religious beliefs of the Molokans. They worship Moses and the prophets and the Holy Bible, but profess religion in a different way. Singing psalms appears to serve as the main expression of their religious feelings. They do not christen their children, but bring them to the prayer house, read a few passages from the Bible in the presence of a child and declare his name in front of all. Matrimonial bonds are sanctified in a similar ritual."
 Le voyageur anglais, membre de l’Association géographique, H. F. B. Lynch, qui avait visité l’Arménie à la fin du XIXème siècle, explique ainsi la philosophie des Molokans : « Dieu habite les objets vivants de son amour… J’ai parlé avec un homme âgé à la belle voix et aux beaux gestes, à propos de croyances religieuses des molokans. Ils adorent Moïse, les prophètes, et la Sainte Bible, mais ils pratiquent la religion différemment. Apparemment, le fait de chanter les psaumes sert à exprimer essentiellement leurs sentiments religieux. Ils ne baptisent pas les enfants, mais les emmènent au temple, lisent quelques paragraphes de la Bible en présence de l’enfant et déclarent devant tout le monde son nom. La consécration de l’union conjugale passe par la même cérémonie ».
Молокане живут замкнутой общиной. Члены ее стремятся к осуществлению на деле своих социальных идеалов: ненасилия, братства, равенства, хозяйственной кооперации, духовного совершенства. "Мы никого ни к чему не принуждаем – вера не велит, – говорит один из жителей Фиолетово. – Вот так непринужденно и живем". Molokans live in a secluded community. Its members strive to realize their social ideals — peace, fraternity, equality, economic cooperation, spiritual perfection. "We do not foist anything on anyone, faith does not allow it," one of the Fioletovo residents says. "And here is where we live." Les Molokans vivent en communautés fermées. Leurs membres essaient d’atteindre leurs idéaux sociaux – la paix, la fraternité, l’égalité, la coopération économique, le perfectionnement spirituel. « Nous n’imposons rien à Extraordinaire Arménie personne, notre foi nous l’interdit », dit un habitant de Fioletovo. « C’est ainsi que nous vivons ».



Быт Mode of Life Vie quotidienne
Замкнутость является очень важной чертой жизни молокан. Они не разрешают себя отографировать, очень мало кто согласен, чтобы фотографировали интерьер избы. менно благодаря этой замкнутости, считает Иван Семенов, общины молокан сохранились до сих пор, пройдя через полутравековую жизнь в инонациональном окружении, семьдесят лет Советской власти, раскулачивание и религиозные гонения. Living in a community leading a secluded life is amajor characteristic of the Molokans. They [Maksimists] do not let others take pictures of them, very few agree that their home furniture and utensils be photographed. It is due to this seclusion, as Ivan Semyonov says, that the Molokan communities have been preserved till today having lived for more than a century and a half in a foreign land, surviving the 70-year Soviet rule, dispossession of the kulaks and religious persecutions.
Vivre en communauté homogène est un trait caractéristique des Molokans. Ils interdisent qu’on les photographie, très peu d’entre eux acceptent qu’on photographie leurs ustensiles ménagers. C’est grâce à ce repli sur soi, comme le confirme Ivan Semionov, que les communautés molokannes se sont préservées jusqu’à aujourd’hui, à travers plus de 100 ans d’existence parmi une autre nation, en traversant les 70 ans du pouvoir communiste, l’élimination des koulaks et les persécutions religieuses.
В избе (или, как они сами говорят, хате) одна или две комнаты. В воскресенье на стол кладутся книги Священного Писания, многие из которых досоветские, "с ятями". Чтение Писания – важная часть воспитания детей. "Зимними вечерами собираемся всей семьей, читаем Писание, разговариваем… Летом времени почти не бывает".
 A Molokan house (or as they themselves call it, a khate: hut) has one or two rooms. On Sundays holy books are put on a table most of which are of pre-Soviet times with old-fashioned Russian orthography. Book reading is an important part of education for children. "In winter evenings we gather with the whole family, read the Book, have conversations…In summer we barely have time for that." La maison molokanne (ou, comme ils disent, khata) est pourvue d’une ou deux chambres. Les dimanches, ils mettent sur la table les Saints Livres dont la majorité remonte à l'époque pré-soviétique, imprimés avec l’ancienne orthographe russe. La lecture des livres joue un rôle important dans l’éducation des enfants. « Pendant les soirées d’hiver, on se réunit en famille, on lit le Livre, on parle… En été, il n’y a presque pas de temps. »
Не у всех есть телевизоры. Пресвитеры (руководители молитвенных собраний) не рекомендуют их из нравственных соображений. Но некоторые семьи все-таки имеют дома телевизоры, а чтобы пресвитеры не ругались, прячут их в шкаф.
 Not all have TV-sets. The [Maksimist] leaders of the community (leaders of religious assemblies) do not allow the purchase of TV-sets proceeding from moral considerations. But certain families do have a TV-set, and for the leaders not to be discontent, they hide them in cupboards. Ce ne sont pas tous les Molokans qui ont un poste de télévision chez eux. Les chefs de communauté (les dirigeants des rassemblements religieux) interdisent de l’acheter pour des raisons morales. Cependant, certaines familles, ont malgré tout des postes de télévision.Afin d’éviter la réaction négative des chefs, ils cachent leurs télés dans les armoires.
Воскресный день для молокан – праздник. Утром все идут в молитвенный дом ("в собрание"). Затем, девочки надевают праздничные белые кофточки, повязываются белыми кружевными платочками и гуляют по деревне, лузгая семечки. "Каждое воскресенье у нас праздник. Как у вас Новый Год". Мальчишки, как полагается, вьются возле них. Старшие ходят друг к другу в гости. В воскресенье запрещено работать. Sunday is a holiday for Molokans. In the morning everybody goes to the prayer house (to a "gathering"). Afterwards, girls wear white holiday blouses, put on white laced headscarves and walk around the village, cracking sunflower seeds. "Every Sunday is a festival here, like the New Year that you have." Guys, as it should be, go around them. Older people go to each other's homes as guests. It is prohibited to work on a Sunday.
 Le dimanche est une fête pour les Molokans. Le matin, tout le monde va au temple (au « rassemblement »). Ensuite, les filles mettent leurs chemises blanches de fête, leurs foulards blancs décorés de dentelles et se promènent dans le village en croquant des graines de tournesol. « Chaque dimanche est une fête pour nous, comme le Jour de l’an chez vous ». Les garçons, naturellement, tournent autour des filles. Les adultes se rendent visite. Il est interdit de travailler le dimanche.
Капуста Cabbage Le chou



А в будние дни практически вся деревня занята выращиванием капусты. Это, можно сказать, фирменный продукт Фиолетово. Кто не покупал на рынках Армении "капустку" у краснощеких, веселых молодых женщин в платочках!?
 And on ordinary weekdays almost the whole village is engaged in growing cabbage. Cabbage appears to be Fioletovo's firm product. Who hasn't bought Molokan cabbage from red-cheeked young and merry woman in headscarves at markets in Armenia? Pendant le reste de la semaine, quasiment tout le village cultive le chou. On dirait que c’est une spécialité alimentaire de Fioletovo. Qui n’a pas acheté aux marchés d’Arménie le kapoustka (le chou) vendu par les jeunes femmes souriantes, en foulard et aux joues roses !
Капуста, заквашенная «армянскими» молоканами, высоко ценится и в Грузии, и на юге России. Раньше, в советские времена, молокане вывозили ее на продажу в огромных бочках. Сейчас, когда бочки трудно переправлять через границы, они вывозят свой "ноу-хау". Молокане сами едут в Краснодар или Ставрополь, там покупают бочки, капусту, квасят ее и продают. Есть семьи, которые успешно наладили этот бизнес и преуспевают в России. "Но там не вкусно, – говорят они, – там капуста другая".
 The sauerkraut of "Armenian" Molokans is highly valued both in Georgia and southern Russia. In the past, in Soviet years, Molokans took them for sale in big barrels. Now that it has become difficult to take barrels from one country to another, they export their 'know-how'. Molokans themselves go to Russia's Krasnodar or Stavropol, there they buy barrels, make sauerkraut and sell it. There are families that have set up successful sauerkraut businesses in Russia. "But it is not tasty there," they say. "Cabbage there tastes different." Le chou mariné par les Molokans « arméniens » est très apprécié en Géorgie ainsi qu’au Sud de la Russie. Autrefois, à l'époque soviétique, les Molokans transportaient en gros tonneaux leur chou pour le vendre. Maintenant qu'il est difficile de transporter les tonneaux d’un pays à l’autre, ils exportent leur «savoir faire». Les Molokans partent à Krasnodar ou à Stavropol, ils y achètent des tonneaux, font mariner le chou et le vendent. Il y a des familles qui ont bien organisé cette activité en Russie. « Mais là bas, ce n’est pas bon », disent les Molokans de Filoetovo « Le chou est différent ».
Для того, чтобы сделать настоящую квашеную капусту "по-молокански", как рассказывали мне в Фиолетово, нужно нашинковать ее (мелко нарубить). Затем помыть (это специально отмечается) почистить и мелко нарубить морковку, после чего вымочить ее ("а то она покрасит капусту"). На ведро капусты кладется около горсти морковки, и немногим больше горсти соли. Добавляется еще лавровый лист и черный перец. Через неделю капуста готова.
 Cabbage for genuinely Molokan sauerkraut, as I was told in Fioletovo, should be cut into very small pieces. Then washed (it is specifically mentioned), cleaned and carrot should be cut into small pieces then it should be soaked in water (otherwise, it would impart color to cabbage). A handful of carrot and a little more than a handful of salt are put for a bucket of cabbage. Bay leaves and black pepper are also added. Sauerkraut is ready in a week's time. [Photos by editor Ruben Mangasaryan]
 Pour faire une vraie marinade de chou « molokan », il faut, comme on me l’a dit à Fioletovo, le couper en tout petis morceaux. Ensuite, le laver (une opération très importante) ; ensuite nettoyer et découper en petits morceaux les carottes, les mettre dans l’eau (autrement, ils coloreront le chou). Pour un seau de chou, on met une poignée de carottes et un peu plus qu’une poignée de sel. On ajoute également des feuilles de laurier et du poivre. Une semaine plus tard, le chou est prêt.
Это очень вкусно! Very delicious. C’est délicieux.
Фиолетово — идеальное место для отдыха, если вы устали от цивилизации. Вдали от телевидения, радио, газет, алкоголя, вранья и ругани, здесь вы можете отдохнуть в спокойной сельской обстановке, подышать чистым воздухом и питаться исключительно натуральными продуктами: домашнее молоко, сметана и свежий хлеб, испеченный в русской печке.
 Fioletovo is a special place to be for rest if you feel you’re tired of civilization. Far from television, radio, newspapers, spirits, lies and obscenities, here you may have a rest in a tranquil rural environment, breathe in fresh air and eat exclusive natural food products, “home-made” milk, sour cream and bread baked inside a Russian stove. Fioletovo est un lieu particulièrement calme, surtout si vous êtes fatigués de la civilisation. Loin de la télévision, de la radio, des journaux, de l’alcool, des mensonges et des insultes, ici vous pouvez vous reposer dans une calme ambiance campagnarde, respirer l’air frais et manger des produits exceptionnellement naturels : le lait et la crème fraîche maison et du pain cuit dans un poêle russe.
Глава сельской общины: Алексей Новиков, тел.: +374 322 96211 Community head — Alexey Novikov Tel.: +374322 96211 Tel : +374 322 96211
Молокане и Максимисты в Армение
Молокане — вокгуг света 		Molokans and Maksimists in Armenia
Molokans Around the World 		Molokans et Maksimists en Arménie
Molokans Dans le monde